МК АвтоВзгляд Охотники.ру WomanHit.ru
Оренбург

Хочу в тюрьму

Заключенным в колонии создадут курортные условия

Корреспондент «МК в Оренбурге» побывал в жилых блоках колонии-поселении с усиленным наблюдением № 11, расположенной в поселке Губерля.

Концепция

Реформирование российских тюрем началось еще в 2010 году, для этого создана «Концепция развития уголовно-исполнительной системы России до 2020 года». За десять лет пенитенциарные учреждения должны если не стать такими, как в Европе, то хотя бы приблизиться к их стандартам. Реформа предусматривает изменения как самих условий содержания заключенных, так и замены видов исправительных учреждений. По замыслу реформаторов коллективное содержание осужденных должно быть прекращено. Предполагается создать два основных вида исправительных учрежде-ний — тюрьмы (общего, усиленного и особого режимов) и колонии-поселения (с обычным и усиленным наблюдением). Сохранены будут только учреждения, созданные для выполнения специальных задач — лечебно-исправительные и лечебно-профилактические.

— УФСИН России по Оренбургской области в числе первых стало участником эксперимента по реформированию уголовно-исполнительной системы. Уже сейчас проводятся работы по профилированию двух колоний-поселений ФКУ КП-11 и ФКУ КП-12. В 2011 году была проведена полная реконструкция жилых помещений в колонии-поселении № 11. Из федерального бюджета для этих целей было выделено 49,3 миллиона рублей, — пояснил Владимир Моравец, заместитель начальника УФСИН России по Оренбургской области.

Из камеры – в кубрик

Здание колонии-поселения с усиленным наблюдением в поселке Губерля было построено еще в конце прошлого века. Содержатся в нем осужденные, которым решением суда определяют данную форму наказания. Что касается условий проживания, то в колонии действует так называемая система «социальных лифтов». Прилежное поведение и добросовестный труд могут помочь заключенному переселиться из общей камеры в комфортабельный кубрик на четверых человек. В колонии-поселении
№ 11 система социальных лифтов действует совершенно по-новому, так как под нее переоборудованы все помещения.

Система содержания в колонии выглядит следующим образом. После решения суда осужденный попадает в здание с обычными условиями содержания, пройдя предварительно карантин. Здесь нет привычных решеток на окнах, железных и лязгающих запорами дверей. Вместо них окрашенные в светлые тона стены, пластиковые стеклопакеты и стеклянные двери без запоров. Такое помещение рассчитано на четыре или шесть человек, у каждого своя отдельная кровать, тумбочка для вещей, правда, на двоих. Из предметов быта еще имеются вешалки и зеркало. Вместо привычного для таких мест названия «камера», используют нейтральное «кубрик». Осужденные могут свободно перемещаться по зданию, в котором располагаются комната для отдыха, оборудованная теле- и видеоаппаратурой, кухня, библиотека, а также учебные классы и медсанчасть. Сектор с обычными условиями содержания рассчитан на сто девяносто три места.

Удивили санузлы блоков: вместо ожидаемого «очка» в плоскости пола установлены белоснежные унитазы. Аналогичная ситуация и с умывальниками. В ответ на вопросительные и слегка ошарашенные взгляды журналистов заместитель начальника пожал плечами: «Что вы удивляетесь? Стараются-то ведь для себя».

— Попадая сюда, осужденный автоматически включается в систему «социальных лифтов». Его дальнейшие условия содержания зависят от его поведения. С ним работают психологи, социальные педагоги и оперативные сотрудники. Здесь он получает работу и возможность улучшить свое положение. Эти условия созданы для того, чтобы заключенные стремились попасть в сектор с облегченными условиями, — рассказывает Владимир Валерьевич.

Из этого уровня у зэка два пути: лифт его может поднять в сектор с облегченными условиями содержания или наоборот опустить в сектор строгих условий.

Второй сектор представляет собой двухэтажное общежитие, рассчитанное на девяносто одно место. Так же вместо камер кубрики. Обои здесь, конечно, не в цветочек, но тоже приятных тонов. Вместо железных кроватей — деревянные, у каждого заключенного своя отдельная тумбочка, предусмотрен шкаф для одежды. Двери здесь никто не запирает, передвижение свободное. Пребывание в такой комнате больше напоминает жизнь в пионерлагере, чем отбывание наказания. Из этого сектора заключенный может быть выведен не только в промышленную зону, где он работает, но и за пределы территории колонии.

— В сектор с облегченными условиями содержания в основном переводят осужденных перед вынесением ему решения об условно-досрочном освобождении (далее УДО. — Прим. авт.) или под конец срока, — говорит Владимир Моравец.

Третий уровень занимает всего лишь один этаж и рассчитан на шестнадцать мест. Сюда определяются те, кто не хочет становиться на путь исправления. От тюрьмы здесь отличий нет, разве только то, что все новенькое. Зэка, попавшего сюда, ожидает камера с решетками на окнах и дверях и железная дверь с так называемой «кормушкой». Кровати тут металлические, двухъярусные, намертво прикрученные к полу. Из благ цивилизации только отдельный туалет с унитазом. Покидать здание строптивые сидельцы не могут, не допускают их и к работе. Из развлечений только просмотр телевизора в комнате отдыха.

— Трудовые бригады формируются таким образом, чтобы осужденные из одних условий не вступали в контакт из других. Если даже и случаются пересечения, то они сводятся к минимуму. Разделение такое необходимо, чтобы избежать негативного влияния, — поясняет Филюс Хусаинов, начальник колонии-поселения № 11.

«Золотая», но все равно клетка

Работы по реконструкции колонии осуществлялись, в том числе и силами осужденных, для этих целей была создана бригада из двадцати восьми человек.

Николай Сибирев, осужденный за кражу, причем повторно, отсидел большую часть срока в колонии строгого режима, ждет УДО. Вполне доволен условиями жизни в колонии. Особенно его радует то, что можно свободно написать жалобу и обратиться непосредственно к начальнику колонии. Такая возможность есть у всех здешних обитателей, для этого на территории установлена специальная будка гласности, в которой работает видеокамера, через нее каждый может напрямую поговорить с начальником.

— Я застал еще то время, когда мы сидели в общих камерах, была настоящая тюрьма, черные стены с надписями. Сейчас я даже назвать это заключением не могу. Но как бы не было здесь хорошо, вернуться сюда нет желания.

У его товарища Геннадия Прокудина статья та же самая, только сидит первый раз, но, по его словам, твердо встал на путь исправления. Тем более до освобождения остался всего один месяц.

— Не скажу, что здесь рай, но для нормальной жизни условия достаточные. Многое из того, что отремонтировано, сделано моими руками.

Оступиться в этой жизни могут многие. Но одним это сходит с рук, а другие обязаны платить за свой необдуманный поступок всю жизнь. Поэтому то, как и в каких условиях живут сидельцы, должно быть заботой всего общества.

Вспоминается название фильма «Хочу в тюрьму», в котором русский парень хотел попасть в голландскую тюрьму. У киногероя были, конечно, свои цели. Но уверен, что треть русских зэков сидела бы в таких тюрьмах пожизненно. И не факт, что наши преступники после отбывания наказания в таких условиях содержания остановятся и переосмыслят свое бытие.
 

Читайте «МК в Оренбурге» в Telegram

Самое интересное

Фотогалерея

Что еще почитать

Видео

В регионах